Валерий Бычков

Самая удивительная вещь на свете – это Встреча с душой другого человека. Увидев Другого в его подлинной глубине, невозможно не полюбить его. Если бы мы могли общаться так постоянно.. К сожалению, такая подлинная глубина общения бывает редко, но прожигает душу всполохами  Огня.

Впервые такое общение у меня было с моим Отцом. Родители были в разводе, папа жил в другом городе и приезжал специально, чтобы встретиться со мной. Как правило, мы уходили из дома, гуляли по улицам и разговаривали, разговаривали, разговаривали… Я могла слушать его бесконечно. Говорили обо всём на свете. С самого раннего детства, сколько я его помню, он никогда не «приспосабливался» к моему возрасту, снисходя до детских проблем с высоты своего взрослого величия. Папа всегда говорил со мной на равных, как с личностью. Он говорил о том, что волновало его сейчас, чем он жил, увлекался, интересовался. Он открывал перед моим детским восхищенным взором бесчисленное множество миров – это и история развития Вселенной, существование микроскопических чёрных дыр, безграничное пространство космоса, и тайна человеческой ДНК, его удивление от встречи с настоящими психологами (что и психология, а не только физика может быть наукой), его открытия и изобретения, его чаяния и надежды. Помню, что большую часть того, что он говорил я не понимала до конца, но было чувство головокружительного удивления и восхищения громадностью мира, ощущения некой Тайны, а главное благодарности и радости от того, что мне дали прикоснуться к этой глубине и Тайне Мира.

В дальнейшем в моей жизни были и другие Встречи с удивительными, замечательными, настоящими людьми. Встречи, каждая из которых заставляла сердце замирать в немом изумлении и радости открытия мира, себя, Другого человека… Как сказал кто-то из Оптинских старцев: «каждый встреченный человек показывает нам дно души». Позднее я поняла, что этот путь к себе, к пониманию жизни души и Встречи удивления от подлинной красоты Другого – был на самом деле путём к Богу. И мой отец был тем человеком, который отворил калитку моей души, передал частичку своего Огня, жажды творчества, познания, пути в неизведанное.

Человеческая жизнь во всей полноте предстает перед нами после её завершения.   Сейчас я могу сказать, что папа прожил полноценную, насыщенную, счастливую жизнь. И в самом конце жизни он встретил Того, кого, может быть бессознательно искал всю жизнь – он встретил Господа.

Мне очень непросто об этом писать – о нашей последней Встрече… Это была бесконечная боль и в то же время бесконечная радость. Возможно, даже самый счастливый день в моей жизни. День Крещения папы. Он очень долго шёл к этому дню, возможно всю жизнь. Для него, еврея, воспитанного на отрицании и непринятии христианства, прожившего последние годы в Израиле,  это был настоящий подвиг! За несколько лет до этого он говорил мне: «Если ты крестишься, ты не моя дочь». Мне пришлось креститься тайно. И вдруг перед лицом конца Господь открылся ему. Он позвонил мне среди ночи: «Приезжай, я хочу, чтобы ты крестила меня»…Мне было сложно приехать, бросить совсем ещё маленькую дочь, быстро собрать нужные документы.

И вот этот день. Наверное, не случайно это был четверг… Папе больно было нагибаться, я помогла ему вымыть голову и ноги…По-моему, у нас обоих было ощущение, что Евангелие вот здесь реально присутствует в нашей жизни. Время остановилось. Есть только этот момент, только он, я и совершенно явственное почти осязаемое Присутствие. Мой дрожащий от волнения голос: «Крещается раб Божий…» Светящиеся от радости папины глаза. Казалось, он весь сиял. «Ты знаешь, я не ощущаю себя рабом, я чувствую Христа своим Другом, своим самым близким Другом!»

Мне хотелось упасть на колени в немой благодарности папе, миру, Господу за это чудо, за то, что мы встретились на этой земле!

…Мы оба знали, что это наша последняя встреча…. Здесь..